За последние годы в России стало больше музеев и их посещаемость выросла. С 2000 г. сеть этих  учреждений культуры увеличилась в полтора раза – с 1964 до 3036. В свою очередь, количество посещений федеральных музеев в 2025 г. возросло на 10 млн по сравнению с предыдущим годом.

Новые культурные институции продолжают открываться в регионах. Например, в Салехарде планируют построить государственный музей, посвященный Русскому северу, – центр истории и развития Арктики «Аркториум». Здание будет выполнено в виде глыб льда. Здесь предполагается разместить пять тематических зон общей площадью около 10 000 кв. м, а также общественную зону с лекториумом, залом временной экспозиции, кафе и пр.

Этот проект можно рассматривать как пример работы с экстремально разреженными территориями. В условиях севера музей может выполнять не только культурную, но и пространственно-организационную функцию: формировать точку концентрации смыслов там, где и люди, и инфраструктура разрознены.

Источник:vedomosti.ru

Представлено четыре концепции логотипа для будущего общественного пространства в Петербурге. 

В Санкт-Петербурге стартовал новый этап преобразования территории бывшего следственного изолятора «Кресты» — формирование визуальной идентичности проекта. Девелопер ГК КВС совместно со Студией Артемия Лебедева запустили открытое голосование за айдентику будущего общественного пространства. Онлайн-выбор проходит на платформе «Фонтанка.ру».

Пользователям предложено оценить четыре концепции, разработанные Студией, каждая из которых по-своему интерпретирует трансформацию исторической территории и ее новое значение в городской среде. Первый вариант построен на образе двух наложенных крестов, формирующих световое сияние как символ обретенной свободы. Этот мотив отсылает к архитектурным особенностям комплекса, в частности, к звезде в подкупольном пространстве зданий. Двойственность названия «Кресты» также отражена в шрифтовом решении логотипа.

Источник:sostav.ru

Чем больше людей вовлечено в подготовку выставки, тем больше возникает разногласий — по поводу концепции, названия, дизайна пространства. Один из камней преткновения — экспликации: кураторы хотят в деталях разъяснить свой замысел, сценографы просят их держать себя в руках (ведь стены не резиновые), а руководство, боясь утомить и отпугнуть публику, и вовсе призывает минимизировать текстовую составляющую. Это не повсеместный, но распространенный сценарий противостояния на музейной кухне. И пожалуй, не будет заблуждением обозначить тренд на сокращение, упрощение и даже полный отказ от пояснительных текстов.

Как ни удивительно, этой полемике — быть экспликациям или не быть — уже лет эдак 150. Показателен пример из Великобритании, где в 1857 году палата общин повелела национальным музеям сопровождать произведения искусства краткими описаниями. Музеи отозвались на это по-разному: одни, скорее для галочки, добавили к экспонатам этикетки с самой скупой информацией, другие же решили, что нелишне будет объяснить и различные термины, такие как «майолика» или «Ренессанс». У этого просветительского подхода уже в конце XIX века появились противники, считавшие, что не стоит превращать экспозицию в учебник.

Если речь идет о музее естественной истории или достижений науки и техники, пояснения напрашиваются сами собой. Но искусство — другое дело. Многие убеждены, что его достаточно воспринимать чувственно, чему дополнительная информация только мешает. (В открытых недавно в США «Садах Колдера», где представлено наследие изобретателя «мобилей» и «стабилей», отказались от этикетажа и экспликаций, руководствуясь как раз таким соображением.) Сами художники, впрочем, далеко не всегда с этим согласны. Героям русского авангарда, например, было важно донести до публики, почему все их загадочные цветоконструкции, контррельефы и живописные архитектоники и есть самое революционное, самое пролетарское искусство. Для этого в залах московского Музея живописной культуры, который в 1919–1929 годах развивали сами авангардисты, проводились «объяснительные» лекции и размещались листы с описанием отдельных работ. Правда ли, что текстомания обернулась текстофобией? Пожалуй, не будет заблуждением обозначить тренд на сокращение, упрощение и даже полный отказ от пояснительных текстов. 

Источник: theartnewspaper.ru Автор: Алиса Дудакова-Кашуро

Русская элита возвращается к своему культурному коду — сохранению исторического наследия.

Реставрация старинных особняков еще недавно считалась благотворительностью, но сегодня позволяет получить в портфель востребованный актив. Арт-пространства во дворцах Петербурга, камерные отели в купеческих дачах Суздаля, усадьба со своим парком площадью 2 гектара в центре Москвы — архитектурные памятники сегодня обретают вторую жизнь. 

Сегодня 6500 памятников архитектуры в России — усадьбы, особняки, купеческие дома — находятся в ветхом состоянии. Такие цифры обнародованы в госпрограмме по сохранению объектов культурного наследия на период до 2045 года. Когда-то все эти здания формировали облик провинции и столицы, а сегодня требуют внимания к себе. И без частных инвестиций здесь не обойтись. Хорошая новость в том, что таких примеров все больше. Рейтинг девелоперов по числу восстанавливаемых объектов культурного наследия по версии ЕРЗ.РФ сегодня возглавляет элитный девелопер Sminex. В Москве компания возвращает в современные городские сценарии 154 000 кв. м исторической недвижимости.  Источник:forbes.ru 

В Пушкинском музее, в камерном зале № 31 открылась выставка «Ларионов/Гончарова. Начало», которая исследует доавангардный период в творчестве двух выдающихся русских художников ХХ века, охватывающий всего 6 лет.

Более 50 ранних пастелей Михаила Ларионова и Наталии Гончаровой из собрания музея иллюстрируют начало их пути в искусстве, многие экспонаты впервые покинули хранение и предстали перед широкой публикой. Экспозиция делится на две части: одна стена отдана под работы Ларионова, другая – Гончаровой; между ними в качестве смыслового раздела – щит, на котором вывешены произведения, связанные с увлечениями и интересами главных героев выставки.

Камерные сценки в интерьере авторства Эдуара Вюйара перекликаются одновременно с композицией Ларионова «Три женщины», а также с многочисленными натурными зарисовками Гончаровой из серии Interieur, запечатлевшими родных и близких художницы.

«Сирень на солнце» Клода Моне – одна из работ, демонстрирующая интерес к воспроизведению конкретного мотива при разном освещении, что у Ларионова проявляется в его «Ночном пейзаже» и этюде «Море», который отдаленно напоминает знаковую картину французского мэтра, давшую название импрессионизму – «Впечатление. Восходящее солнце».

Источник:vedomosti.ru

Объект культурного наследия федерального значения с видом на Яузу и историей почти в три века выставят на торги. Главная интрига — что будет с домом дальше.

 Продажей занимается «Дом.РФ», а сам аукцион намечен на третий квартал 2026 года. В лот войдут дом площадью около 2,2 тыс. «квадратов» и прилегающий парк — почти 1,8 гектара.Разумеется, на нового владельца лягут и обязательства по сохранению усадьбы. Любые работы — от реставрации до приспособления под современное использование — придется согласовывать с профильными органами.

Дача Строгановых на Волочаевской появилась еще в середине XVIII века: землю на высоком берегу Яузы семья получила в 1751 году. Авторство дома приписывают Родиону Казакову — архитектору, работавшему в традициях московского классицизма. Позже, уже при купцах Алексеевых, дом несколько раз перестраивали: добавили второй этаж, обновили фасады.

Источник:moskvichmag.ru