Эффект серебрения XVIII века восстановили при реставрации Египетского павильона усадьбы Останкино

Перед нанесением нового покрытия специалисты законсервировали остатки первоначального серебрения. Чтобы посетители могли увидеть это оформление, специалисты оставили на резных деталях дверей небольшие темные фрагменты — экспозиционные зондажи. 

Во время комплексных реставрационных работ в усадьбе Останкино, подведомственной московскому Департаменту культуры, специалисты нашли решения, которые позволили вернуть первоначальный облик интерьеров восточной части дворца. Одно из них касается применения техник серебрения и золочения дверей и части лепного декора в проходной галерее к Египетскому павильону. Без этого невозможно было бы добиться изначального эффекта парадного убранства, задуманного графом Николаем Шереметевым.

Главной задачей реставраторов в Останкинском дворце было максимальное сохранение оригинальных исторических элементов, консерватизм при выборе технологий. Новые материалы и технологии применялись в исключительных случаях, в частности при восстановлении редкого и очень эффектного вида отделки — серебрения декора в интерьере проходной галереи к Египетскому павильону. 

Источник:www.mos.ru

 От находок открывателя Трои Шлимана до витражей фирмы Tiffany. В Манеже Малого Эрмитажа проходит выставка «Барон Штиглиц. Подвиг просвещенной благотворительности». Официальный инфоповод — 150 лет со дня основания Центрального училища технического рисования (создано на средства Штиглица и названо в его честь!). И он становится отправной точкой, чтобы показать более 800 арт-памятников — от ювелирных украшений до оружия, от Античности до модерна. Когда-то все экспонаты находились в собрании училища — как пособие по тренировке насмотренности — но позже часть из них была передана Эрмитажу. И вот (впервые за 100 лет!) коллекция воссоединилась — некоторые предметы специально отреставрировали к выставке и еще никогда не показывали широкой публике 

Фразу «Подвиг просвещенной благотворительности», вынесенную в название проекта, произнес Александр II. Поводом стала деятельность потомственного банкира и крупнейшего промышленника Александра Штиглица — 1876 году тот пожертвовал миллион рублей на создание Центрального училища технического рисования в Петербурге. А еще на собственные средства организовал при учебном заведении музей, чтобы воспитывать у студентов чувство прекрасного. Для этого на международных аукционах, а также у известных зарубежных и российских антикваров и коллекционеров закупали экспонаты. В основном, связанные с ремеслами. Впрочем, были и декоративная графика и книги. 

Незадолго до смерти барон Штиглиц завещал училищу еще 5 748 329 рублей, сделав его одним из самых состоятельных учебных заведений России и Европы. На эти средства можно было пополнять музей лучшими экспонатами и даже построить отдельное здание. Оно было возведено в 1885–1896 годах по проекту первого директора училища Максимилиана Месмахера. 30 залов, оформленных в стилях разных исторических эпох (от Античности до барокко!), превращали музей в разворачивающийся в пространстве учебник истории искусства.

Источник:.sobaka.ru

Москва обратила внимание на здание, где последние свои годы провел один из самых блестящих отечественных живописцев Валентин Александрович Серов.

В небольшом усадебном доме в Староваганьковском переулке (д. 21, стр. 1), объекте культурного наследия регионального значения, ныне занятом офисом ресторанного холдинга GG Group, начинаются реставрационные работы. Обещано, что специалисты восстановят фасады и кровлю кирпичного здания. 

Собственного жилья Валентин Серов никогда не имел. На протяжении всей жизни постоянно перемещался по разных адресам. Предпочитал квартиры, имеющие свой характер, органически распланированные, не расположенные в доходных домах. Впрочем, жить в таких, по его собственному выражению, было «начетисто». Но для мастера жилье, соответствующее его вкусу, значило многое.

Источник: moskvichmag.ru Автор: Евгения Гершкович

Красный Корбюзье в красной Москве (колористический этюд).Исследование Петра Завадовского об изменении цвета отделки здания Центросоюза в Москве Ле Корбюзье в ходе его проектирования и влиянии этого обстоятельства на практику архитектуры советского авангарда в 1929–1935.

Мировое архитектурное наследие XX века

Здание Центросоюза в Москве (1928–1936) занимает особое место как в творчестве Ле Корбюзье, так и в истории архитектуры советского, да и мирового модернизма в целом. Причина этого не только в достоинствах его архитектуры, но и в широте влияния, оказанного им в ключевой момент эволюции «современной архитектуры», – перехода от раннего модернизма (по разным версиям – пуризма, конструктивизма, функционализма, рационализма) к следующей стадии – «интернационального стиля».

Конкурс на проект здания Центросоюза и сопутствующие ему события были исчерпывающим образом рассмотрены в книге Жана-Луи Коэна «Ле Корбюзье и мистика СССР»[1]. Трансформация цвета фасадов, которое Коэн никак не комментирует, радикально изменило восприятие здания Центросоюза и, как и многие другие нововведения Корбюзье, появившиеся в этом сооружении, оказало заметное воздействие на советскую архитектурную практику 1930-х годов.

Статья была впервые опубликована в журнале Проект Байкал, № 1(87)

 В Русском музее запустили экспресс-экскурсии по выставке Шишкина. Они проходят по вторникам — в выходной музея.  

Новый формат знакомства с выставкой «Иван Шишкин. Русский лес» старттовал с 21 июля в корпусе Бенуа. Экспресс-экскурсия «Лесное царство» проводится  по вторникам, в традиционно выходной для музея день. В них рассказывается о ключевых полотнах Ивана Шишкина и главных этапах его творческого пути. Всего за 40 минут можно будет узнать, как художник стал главным певцом русского леса и как в его работах рождается величественный образ природы.

Источник: sobaka.ru

Как Степан Эрьзя укротил дерево, которое столетия не поддавалось индейцам

В Третьяковской галерее к 150-летию со дня рождения скульптора собрали масштабную выставку его работ из трёх музеев страны.Природный гений молодого художника и скульптора Степана Нефёдова был очевиден уже в его выборе псевдонима. Эрзя (или эрьзя) – название субэтноса в Мордовии, к которому принадлежал сельский парень-иконописец. Это короткое и звучное, как удар резцом, имя сразу запоминалось, причём не только на родине, спокойно ложась на слух вечно жалующихся на сложные русские фамилии иностранцев. Своим псевдонимом Степан словно предопределил себе международную славу. 

В залах Третьяковки на Крымском Валу сейчас показывают как раз работы из наиболее яркого периода его насыщенной путешествиями жизни – аргентинского. В Буэнос-Айрес скульптор попал в 1927 году по приглашению организовать там выставку. Однажды на местной пристани он увидел, как на судно грузят большие тёмные коряги. Его внимание привлёк необычный рельеф и цвет дерева. Так он открыл для себя сверхпрочное кебрачо, или квебрахо (в переводе с испанского "ломающее топор"), из которого до появления на этой земле русского скульптора изготавливали преимущественно железнодорожные шпалы. Эрьзя открыл это дерево для искусства, пленился им и остался возле него жить на целых 23 года.

Источник: gazetametro.ru