Об архитектурном гении Федора Шехтеля.

В Музее архитектуры имени А.В. Щусева открылась выставка, посвященная Федору Шехтелю.

Федор Шехтель. Грезы русского модерна

Автор: Милана Куренкова 

«Я был бы очень рад показать вам мою хибарку», — писал архитектор Антону Чехову. С той же долей дружелюбия мастер, вероятно, пригласил бы и нас  прогуляться по залам, где собраны его эскизы, чертежи и личные вещи.

На входе гостя встречает  биографический блок. Настоящее имя Шехтеля — Франц, он родился в семье немецких переселенцев, вырос в Саратовской губернии. Он так и не получил диплома об образовании архитектора, но это не помешало карьере. Сначала Франц-Федор Шехтель нашел себя в театре — работал с М. В. Лентовским, создавал декорации, костюмы и даже рисовал обложки для спектаклей. Театральный опыт оказался не побочным увлечением, а школой композиции и формы.

В 1887 году Шехтель женился на Наталье Тимофеевне Жегиной. Для семьи он построил три городских дома и одну загородную усадьбу — и в каждом свободно смешивал классицизм, неоготику, помпеянские мотивы  и неорусские черты. Зодчий не боялся эклектики, но доводил ее до гармонии. На выставке можно увидеть оригиналы этих проектов : музей хранит около ста двадцати графических листов.

Самый выразительный раздел экспозиции посвящен частным особнякам. В них ярче всего проявился новый для того времени подход: архитектор отказывался от типовых решений и выстраивал объем под личность заказчика. Особого внимания заслуживает проект дома С. П. Рябушинского — витражные стекла во всю стену и сейчас поражают масштабом и рисунком. Но Шехтель работал и для Москвы: он автор Ярославского вокзала, участвовал в конкурсе на Казанский, строил Днепрогэс, Большевский оптический завод  и торговые дома.

При этом он не забывал о своих немецких корнях, но в России его привлекала «суровость и стройность северных построек». Однако любовь к национальной традиции не мешала ему обращаться и к Востоку: в музее показаны эскизы выставочного павильона Туркестана, а также проекты в японском и египетском духе для благотворительного бала в Дворянском собрании.

После революции его постройки взяли под государственную охрану, саму Москву рубежа веков стали называть «шехтелевской». Но сам архитектор оказался в стесненных обстоятельствах: продал несколько домов и под конец жизни перебрался с женой и дочерью Екатериной в квартиру на Малой Дмитровке — к младшей дочери Вере и ее мужу. Там он до последних дней вынашивал проект собственной дачи «Сара» в Алупке, куда мечтал перевезти семью.

Мы спросили смотрителя выставки Татьяну Сергеевну Леви, что ее поразило в судьбе Шехтеля? «То, как он создавал заводы и электростанции, — призналась она. — Архитектор — больше творческий человек, вспомнить хотя бы его театральные работы и десятки полотен. А тут — инженерный размах».

Выставка о Федоре Шехтеле в музее архитектуры — это не просто справочник его достижений. Это рассказ о художнике, который оказался на стыке эпох и сумел в каждом проекте сохранить личную интонацию.